Дети Запорожья лого

Любовь - это то, что придаёт жизни именно такой смысл, который не уничтожается смертью

23 декабря 2020, 9:00 266 Автор: Евгений Рябой Пронзительный рассказ психолога, работавшего в детском отделении онкогематологии

Психолог Евгений Рябой

Когда мы слышим диагноз «Рак», земля уходит из под ног и мир начинает рушиться, а в голову лезут самые страшные мысли. Ребенок вообще теряет опору: боль, страх и неясные перспективы. Часто дети теряют желание жить, а родители не верят в успешный исход.

И хотя сегодня медицина сделала огромный шаг вперед, а детских рак стал излечимым заболеванием, очень важно проживать лечение рядом с психологом. С человеком тонким, понимающим, опорным. Слово тоже лечит.

Мы предлагаем вашему вниманию удивительный текст психолога, психотерапевта, который на заре своей карьеры работал в областной детской больнице. Он лечил маленьких бойцов словом. И это было очень значимо и целебно. Мы уверены в том, что грамотное психологическое сопровождение тяжелобольных детей и их родителей – это серьезный вклад в выздоровление.

Недавно я совершал свой ежедневный ритуал и покупал стрит-кофе возле моего офиса, чтобы взбодриться перед сеансами и насладится любимым капучино. Расплачиваясь, я заметил возле себя одного улыбающегося парня - лицо было мне очень хорошо знакомо, хотя мы не виделись лет так семь. Это был один из моих бывших пациентов-подростков, когда я работал в сфере психотерапии детей страдающих онкопатологией. Он был очень рад меня видеть, как и я его, мы немного побеседовали о изменениях в жизни и разошлись каждый по своим делам.

Потом, когда мой рабочий день закончился, я стоял у окна и смотрел в темноту ночи. Светила лишь лампа тусклым светом в кабинете. Сегодня были разные сеансы. Люди рассказывали, как они страдают от панических атак или как страдают от того, что сейчас с ними нет рядом именно тех, с кем они хотят прожить всю жизнь...И ещё много в психотерапии всплывало про эпидемию COVID и про сильный страх смерти за себя или за своих близких.

Из темноты ночи ко мне пришли воспоминания. Воспоминания казалось подзабытые, закрытые плотно черной ширмой, но те, которые всегда рядом. Как сказала героиня в одном сериале "эти мгновения...не ты помнишь их - они помнят тебя"

Я вспомнил другого мальчика, маленького, лет двенадцати, с лимфобластным лейкозом. То, как он сидел на моей старой кушетке в больнице и рассказывал, как очень хочет жить.

"Я знаю, что мне больше никогда нельзя будет загорать, даже если я выздоровлю, но я так скучаю за нашей речкой и хочу иногда купаться в ней или хотя бы смотреть на нее из тенечка..."

"Я очень скучаю за тем салатом, который готовит мама для нас на улице летом, когда приеду - буду его кушать..."

"А если я умру, скажите, вы будете плакать? Вы будете вспоминать обо мне?"

Онкобольные дети, лейкоз

Дети из запорожской онкогематологии. 2007 г.

Ещё я вспомнил очень красивую девушку лет шестнадцати, она была милой и напоминала внешностью актрису из старых Голливудских фильмов. Гибридный лейкоз - стал ее приговором. Я помню, как ее любил мальчик из отделения, хороший паренёк. Он говорил ей, что она красивая, даже когда она потеряла волосы из-за химиотерапии. Уговаривал её кушать, когда стоматит изменил до неузнаваемости прежнее красивое лицо, а она отказывалась есть, потому что не могла видеть себя такой в зеркале. Я помню, как он горько и тихо плакал, когда она умерла. И помню, как он выжил там в онкологии и пошёл в жизнь дальше, но уверен никогда не забывал о ней.

А ещё я помню, как держал маленького семилетнего мальчика за руки, потому что он раздирал ладони в кровь, когда нервничал. Он не хотел идти ко мне на приём, его привела мама с уговорами. Мы говорили, он чесал руки и я попросил взять его руки в свои на некоторое время. Мы просто просидели молча минут двадцать, глаза в глаза. Он ушел спокойный, рассказал другим детям, что был у психолога, ему понравилось и он придет ещё. Потом ко мне пришли вереницей все те дети, которым он поведал про визит ко мне. Но он не вернулся. Внезапно на выходных он ушел навсегда в другой мир.

Я всё помню и ничего не забыл. Помню имена. Помню истории жизни и смерти. Помню, как благотворительный фонд "Счастливый ребенок" прикладывал огромные силы для помощи тем детям. Помню наше сотрудничество с Ириной (Гавришевой) и Альбертом.

Тот опыт трех с половиной лет сопровождения детей из онкогематологии открыл мне несколько смыслов.

То, что неизбежность - это самая сложная и жестокая правда.

И то, что борьба за свою жизнь и жизнь другого - это самоценность и проявление человечности нашего Я.

И то, что сущностью любви является то, что она придает жизни именно такой смысл, который не уничтожается смертью.

И я думаю, что сейчас когда мы боимся за наших родных и близких во время жестокой эпидемии этого вируса, сталкивается с страхом смерти и неизбежности, мы можем делать точно одну вещь, которую никто у нас не заберёт. Мы можем говорить нашим любимым и родным - КАК сильно мы их любим. И это КАК не победит ни болезнь, ни смерть.

Евгений Рябой

Читайте также Ирина Гавришева. Побег от смерти

Фонд «Счастливый ребенок» — эффективная помощь наиболее нуждающимся детям Запорожской области

Им нужна наша помощь
Артур Керимов
Артур Керимов

Симптоматическая миоклоническая эпилепсия

Помочь сейчас
Марта Шульга
Марта Шульга

Мальформация Денди-Уокера

Помочь сейчас
Илья Солошенко
Илья Солошенко

Муковисцидоз (кистозный фиброз), тяжелое течение

Помочь сейчас

В 2021 вы помогли на сумму, грн.

203 658

Расходы фонда в 2021
22 больным детям 78 165 грн.
Мед. оборудование: 0 грн.
Детдомам для инвалидов: 4 267 грн.
Детcкому экоселу: 6 621 грн.
Сиротам и малообеспеченным: 3 669 грн.
Помощь взрослым "Хелпус": 0 грн.
Служебные расходы: 9 978 грн.
Всего расходов: 106 057 грн.

Всего с 2007 оказано помощи, грн.

78 653 054

Ребенку нужна семья